Вопрос дня: зачем Госдума обсуждает вывод абортов из полиса ОМС?

Выводя аборты из полиса обязательного медицинского страхования, депутаты мечтают повысить рождаемость в стране, и, главное, — снизить государственные расходы на медицину

В Госдуме обсуждается возможность вывода абортов из полиса ОМС. О том, чем чревато такое решение, написал в ФБ журналист Михаил Пожарский:

«Главная сложность в том, что противники абортов просто утверждают, что это убийство. В свете данного тезиса многие утилитарные проабортные аргументы утрачивают силу. К примеру, «запрет абортов ведет к нелегальным абортам». Ну да, запрет убийства вообще ведет к нелегальным убийствам. И что теперь? Право женщины распоряжаться своим телом? Несомненно. Допустим, что женщина не обязана обеспечивать плод своими ресурсами (хотя это бремя было взято более-менее добровольно во всех, кроме изнасилования, случаях). Но тогда нам придется согласиться с тем, что капитан корабля может удалять безбилетных пассажиров со своей собственности даже посреди Атлантики. И с тем, что статей формата «оставление в опасности» быть не должно.

Понятно, все в итоге упирается в вопрос: можно ли считать плод человеком? На этот вопрос не может ответить ни биология, ни медицина. Вопрос сугубо этический. Причем если отвечать на него отрицательно — возникают другие вопросы. К примеру, если плод не человек в силу того, что не обладает сознанием, то почему тогда слабоумные дети, старики в деменции или люди в коме не являются такими же объектами, которые можно произвольно лишать жизни и разбирать на запчасти?

Королем всех утилитарных аргументов остаются исследования Левитта (изложенные впоследствии во «Фрикономике») — о том, что легализация абортов в США связана с понижением уровня преступности т.к. нежеланные дети пополняли ряды грабителей и убийц. Однако то, что многие нежеланные дети станут преступниками не означает, что каждый нежеланный ребенок станет преступником. Примерно как тезис «многие черные – преступники» не значит «каждый черный преступник». То есть, здесь мы прибегаем к принципу коллективной ответственности, которым так же можно санкционировать расовую дискриминацию и тому подобные вещи, которые ныне признаны аморальными.

Что остается в сухом остатке? То, что позиция по абортам является следствием культурного консенсуса, не более. Что, впрочем, не отменяет того утилитарного факта, что их запрет в РФ (и даже вывод из ОМС) приведет только к очередной социальной катастрофе.

***

Разумеется, пост на такую больную тему вызвал множество откликов. Вот только несколько из них:

— Добровольность зачатия очень спорный вопрос. Многие женщины (включу и себя) вовсе не мечтали о том, что «вот получится» — а оно получилось :)Привязанность мамы к ребенку процесс не мгновенный, природой так устроено, что это процесс постепенный и поэтапный. Через три дня в роддоме ребенок вдруг оказывается самым желанным в мире! Вот есть какая штука.

— Михаил, вы сами, например, готовы всю жизнь преодолевать половой инстинкт, если не захотите больше детей?

— Биологически плод не является не то что человеком, а отдельным живым организмом, в силу недостаточной биологической автономности. Кроме поздних сроков, на которых спасают недоносков. Но понятно, что многим биология не указ. А аборты надо профилактировать не запретами и кошельком, а нормальным секспросветом в школе и бесплатными презервативами в общественных местах. Но это ж не скрепно и не сакрально…

— Конечно же является отдельным организмом и конечно же живым, замечание же о «недостаточной биологической автономности» относится так же и к новорождённому.

— Вы себя считаете биологически автономным? Без электричества 99% людей умрут в течение 3 месяцев.

— На самом деле ни один живой организм не является до конца автономным, он полностью зависит от среды обитания, от биоценоза, изъятие его оттуда означает стопроцентную смерть, это фактически аборт, соответственно все споры вокруг, собственно, самого аборта это споры о границах этой автономности т.е. это спор о том, имеет ли человек право на убийство человека, который от него зависит, и какова степень зависимости дающая право на убийство.

— Аборты запрещать нельзя. Это свободное право любого человека. Иначе мы женщин ставим в униженное и зависимое положение, и гораздо хуже, чем с какими-то «приставаниями», от преследования за которые пора отстать уже. Хотя аборт всё равно это плохо, конечно, и для здоровья женщины прежде всего. Поэтому и должен он быть лёгким и без всяких отягощений социальных и финансовых — потому что если уж делать, то на максимально ранней стадии. И плод до 3-5 месяцев никак не может считаться человеком. Но если делать, то на 1-2 месяце, чтобы минимизировать вред здоровью А для профилактики абортов — секспросвет, контрацепция, больше презервативов и других методов профилактики беременности. А не религиозно-политическое ханжество и морализм.

— Культурный консенсус просто невозможен, по крайней мере в РФ так точно, потому что здесь противники абортов наглухо отморожены. Чего только стоила недавняя речь Отца Звездония, после того как ему было хотели присудить звание академика РАН «за то что он поддерживает науку», но потом передумали. Этот поддерживатель науки , не прошло и пары дней, заявил, что аборты по негативным показаниям скриннинга — равносильны программам эвтаназии у фашистов. Вот и весь «консенсус» — всё сводится к тупому «да у них там фашисты одни, а мы красная армия».

— Тут еще очень интересно, что в обществе популярен миф, согласно которому как бы запрет абортов — это дремучее средневековье, из эпохи патриархата и расизма, а легализация абортов — это прогресс и права человека. На самом же деле все внезапно оказывается скорее наоборот: до XIX века церковь хотя осторожно склонялась к сдержанному осуждению абортов, они массово проводились, а до первого шевеления плода были законны почти везде. И именно авангард либерального движения за прогресс, гуманизм и права человека — англосаксонские врачи — впервые серьезно поставили вопрос о правах плода. Примерно тогда же, когда начали ставить вопрос о правах женщины, правах цветного, правах ребенка. То есть современный запрет абортов возник вовсе не как мракобесие, а именно как признание человека в том, что раньше им не считалось. Убивать плода стало считаться преступлением примерно тогда же, когда пороть негра или бить жену с ребенком. Это была та самая инклюзивность и права человека, которые стали распространяться не только на белых мужчин. Забавно, что лет через 150 все диаметрально развернулось и консерваторы/христиане внезапно стали против абортов (хотя в Средних веках не были), а феминистки, борцы с расизмом и прочие сторонники «социальной справедливости» — внезапно, наоборот, против (хотя изначально запрет абортов шел рука об руку с эмансипацией и аболиционизмом).

— Конечно право на жизнь приоритетнее так называемого права выбора. Но! вести разговоры о запрете или ограничении абортов в нашей стране — примерно то же, что проповедовать вегетарианство в племени каннибалов. Начинать надо с гораздо более базовых вещей. Очень уж всё запущено…

— Противники абортов утверждают что «это убийство» потому, что во первых они видят в абортах «нарушение господней воли», а во вторых — потому что им плевать на объективную биологическую реальность, у них же «убеждения» и слово их «духовных авторитетов», которые перевешивают все разумные доводы. Ну в нашей стране некоторые противники абортов ещё являются таковыми, потому что они депутаты и чиновники, которым государство поставило задачу увеличить показатели рождаемости и вместе с тем — сократить расходы на медицину.

Источник: newizv.ru

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий

Чтобы иметь возможность оставлять комментарии, вы должны войти.