Страсти по Федермессер: в сети спорят о цене политического выбора

Одни утверждают, что компромиссы с властью невозможны, другие отстаивают теорию «малых дел»

Все началось с того, что в одном избирательном округе Москвы в борьбе за место в Мосгордуме столкнулись оппозиционный политик Любовь Соболь и общественный деятель Нюта Федермессер. Это противостояние, а главное – его очевидный исход в пользу Федермессер вызвало в социальных сетях настоящую политическую бурю. Нюту, широко известную своей благотворительной деятельностью по облегчению участи безнадежно больных людей, упрекали в политической близорукости, в продажности, в нежелании общественных перемен, убеждали снять свою кандидатуру.

Эксперты, анализируя эту ситуацию, делают далеко идущие выводы, как, например, известный социолог Григорий Юдин:

«С Анной Федермессер и её выдвижением в Мосгордуму по округу 43 есть одна проблема, на которую мало кто обращает внимание. Разговор почему-то идёт о том, как ей следует правильно себя вести, чтобы помешать победе партии власти и помочь «оппозиции».

Можно сколько угодно спорить, что такое в России «оппозиция». Но вот два факта.

Федермессер выступила доверенным лицом Сергея Собянина на выборах мэра Москвы 2018 года. Это значит, что она не просто поддержала Собянина, она фактически является частью его политической команды. Федермессер является одним из руководителей Общероссийского Народного Фронта. Лидером этой организации, напомню, является Владимир Путин, а её главной задачей – «контроль за исполнением указов и поручений» Путина. Мы говорим о человеке, который по должности руководит огромной политической организацией, целиком построенной на личной лояльности Путину.

По каким причинам она всё это делает – отдельный вопрос. Единственное, что можно точно сказать про такого человека – что его ни в каком смысле нельзя назвать «оппозицией».

Так вот, проблема с Федермессер состоит в том, что её позиция в принципе не предназначена для публичного обсуждения. Она не заявляет публично «Да, я полностью поддерживаю курс Путина и Собянина, благодаря им людям становится лучше жить, они меньше страдают и умирают без боли». Потому что в этом случае ей придётся отвечать на вопросы об «оптимизации» здравоохранения в России и в Москве, о воровстве на медикаментах и медоборудовании, о зарплатах врачей, бюрократии и так далее. Точно так же она не говорит «Я не поддерживаю Путина и Собянина, они слишком долго у власти и никакого решения всех этих проблем у них нет» — тогда возникнет вопрос о том, что она делает в руководстве ОНФ и в списке доверенных лиц.

Вместо одной из этих двух позиций мы слышим многозначительное «Ну вы же всё понимаете». Собственно, именно поэтому Федермессер так ничего и не ответила на открытое обращение Навального. Сами, мол, должны понимать. Нет у меня на вас времени, я делом занимаюсь.

И вот от этого «Ну вы же всё понимаете» у аудитории опускаются руки, возникает тошнота и ощущение изнасилования и безнадёжности. Собственно, на это всё и рассчитано. Можно искать союзников, можно спорить с оппонентами, но ничто не вгоняет в депрессию так, как «Тут не о чем разговаривать, сверху всё давно решено».

На самом деле Федермессер против Соболь – это конфликт двух взглядов на политику в России, двух мировоззрений. Одно из них исходит из того, что в России в любом случае невозможно ничего всерьёз изменить, и потому единственное, чем вообще стоит заниматься – это помогать отдельным больным людям и маленьким детям. Поэтому публичная политика – это пустая болтовня людей, на которых даже нет смысла тратить время. Начальник здесь навсегда, и договариваться нужно с начальником.

С другой стороны – уверенность в том, что беды конкретных людей происходят всё же не из того, что «страна такая» или «народ такой». Что за них ответственна конкретная группа, захватившая власть, присвоившая ресурсы и надёжно отгородившаяся от всех, кому тяжело. И чтобы покончить с этим на уровне района, города, страны – нужно говорить открыто. Публичная политика – это то, чего власти больше всего боятся, потому что это эффективный способ мобилизовать людей и заставить чиновников действовать. И единственный способ убрать начальника – это перестать верить в то, что он навсегда.

Короче говоря, это «политика безнадёги» против «публичной политики». И меня радует, что вторая позиция явно становится всё более слышной. Что люди начинают уставать от безнадёги и от этого идиотского выбора между помощью слабым и собственной свободой – выбора, который нам навязывают столько лет.»

***

Однако нашлись в этом сложном конфликте и сторонники Нюты, со своей достаточно убедительной позицией. Как например, журналист Алена Солнцева:

«И мое мнение про конфликт общественности в связи с позицией Навального и Нюты Федермессер. Не хотела я об этом писать, но видимо надо — прежде всего, чтобы сформулировать собственную позицию. Осуждать Федермессер за коллаборационизм, на мой взгляд, очень глупо, в сегодняшней ситуации. И вот почему. По моему мнению, никакой политики в современной России пока нет, хотя есть честные и порядочные люди, которым не нравится то, что в ней происходит. Но представления о политике у многих из них, увы, взяты из учебника советской истории КПСС.

Реальная политика это не митинги и не речи перед бабушками во дворах в избирательной компании. Политика — это торговля, компромиссы, и умение получить выгоду для своих — тех, кого политик считает своими, и кто считает своими его. Что то я не вижу ни одного оппозиционного политика, за которым бы кто-то конкретный стоял, чьи-то интересы — таждиков — иммигрантов, фермеров, отечественного производителя, или дальнобойщиков, он бы защищал результативно. Все политики от оппозиции занимаются разоблачением действующей власти, показывая, что там собрались коррупционеры и лицемеры. Спасибо, все кто хочет, уже в курсе. А кто не хочет — тот не обращает внимания.

Политика у нас — гуманитарная область, ветвь журналистики, наследие 90-х. Разоблачение уже не работает, один раз сработало — гласность, то да се, вышли миллионы и что? Нет, кое чего добились, Конституция замечательная, но не исполняют ее, да, кое-что осталось: конвертируемый рубль, свобода выезда, собственность частичная, но общество как было патерналистским , так и осталось, и готово смиряться, и Соловьева слушать.

Нюта Федермессер как раз политик — и потому выбирает те методы, которые ведут к осуществлению ее целей. Цели ее абсолютно ясны — она их сформулировала, объявила, и добивается. Через доступные сегодня механизмы. И в этом смысле ее пример по настоящему вдохновляющий: если ей удается, то почему не попробовать другим? Ее цель — не выборы, не возглавить оппозицию, не добиться депутатского мандата, а — изменить планы правительства, улучшить жизнь конкретной категории людей, то есть , путем торговли и компромисса, получить желаемое — и не для себя, заметим, а чисто из гуманизма.

Поэтому Нюта — настоящий политик, а Навальный — извините, медийная персона. Кроме того, гуманизация нашей обыденной жизни ведет к изменениям куда более глубинным, чем те, что выражаются в лозунгах про свободу. Меня удивляют люди, которые считают, что стоит уйти Путину, как все наладится. То, что на постсоветском пространстве Путин, Лукашенко, Назарбаев как грибы вылезли, это же симптом, а не причина. Менять надо химический состав общества, и доступ к обезболивающим , гуманное отношение к людям с проблемами психики, милосердная смерть — это не просто благотворительность, это действительно глубокое изменение социальной психологии.

В нашей глуши есть ПНИ (психо-неврологический интернат) — на 150 человек мужчин, там живут инвалиды, и старики, и молодые мужчины с диагнозами разной степени поражения — от ДЦП до глубокой умственной отсталости), кто-то всю жизнь, кто-то на реабилитации. Основан этот дом призрения еще в начале 90-х, и только несколько лет назад (после 2014 года, когда добились разрешения волонтерам посещать лечебные учреждения ) у него появился сайт, там фотографии, новости об участии пациентов в спортивных соревнованиях, губернатор в этом году приезжал, интересовался вопросами жизнеобеспечения, отопления. Это вообще ничто, это капля, менять надо всю систему этих ПНИ (этим сейчас Нюта как раз занимается) , но то, что туда хотя бы могут приехать волонтеры (могут, не значит, приедут, там не бабушки в халатиках) , уже шаг в сторону гуманистического мира.

Читайте Новые Известия в официальной группеСледите за самыми важными новостями региона в ленте друзейFacebookВКонтактеTwitterОдноклассникиЧитайте Новые Известия в официальной группеСледите за самыми важными новостями региона в ленте друзейFacebookВКонтактеTwitterОдноклассникиЧитайте Новые Известия в официальной группеСледите за самыми важными новостями региона в ленте друзейFacebookВКонтактеTwitterОдноклассники

Сознание меняется медленно, это сложно принять, но это и есть политика. Так что я бы голосовала за Нюту, как за реального политика.. А это фото — ну из того самого ПНИ — тут комната образцового содержания два года назад. Так вот, сейчас в ней не четыре, а всего три кровати: потому что отремонтировали несколько новых помещений, и жильцы теперь стали иметь возможность поставить тумбочки. Мне скажут, что там с тумбочками, вот когда Путин уйдет, а кто-то наш придет, каждый инвалид будет жить с сопровождением, в отдельной квартире, а каждый гражданин получит по достоинству. Так вот, этому не верю, природа человека долго меняется, но если меняется, то устройством столовой вместо кормления людей из мисок по койкам..Вот как-то так…»

Источник: newizv.ru

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий

Чтобы иметь возможность оставлять комментарии, вы должны войти.