Школа нового режима: что нам готовит Академия наук

Российская Академия Наук выступила с инициативой передать 110 ведущих школ страны из муниципального подчинения в региональное. Этот шаг даст, по мысли академиков, возможность обучать в этих только одаренных детей, а не всех, как это делается сегодня.

Ирина Зиганшина

«В новом режиме избранные школы заработают уже с 1 сентября 2019 года», — уже заявила министр просвещения Ольга Васильева. Если этот проект признают успешным, то он будет расширен, а РАН составит для подшефных школ специальные учебные программы. Сами ученые будут вести в них индивидуальные консультации, профильные учебные курсы и факультативы, а школы оборудуют современными лабораториями на сумму более миллиарда рублей.

Президент РАН Александр Сергеев считает, что сегодня школа работают на «неоптимизированный контингент», зато разделение детей на одарённых и всех остальных позволит эффективнее готовить будущих учёных.

Эту меру прокомментировала известный эксперт в области образования Людмила Петрановская:

««»

Мнение Петрановской поддержали и практикующие школьные преподаватели. Учитель филологии московской школы № 2123, лауреат госпремии в области образования Ольга Гвинджилия считает, что:

Специалисты уверены, что в разные периоды взросления ребенок проявляет разную по интенсивности активность, интересуется разными областями, и ставить штамп «не годен» было бы большой ошибкой. К примеру, директор ГБОУ 1950 Катерина Паршина уверена:

В дискуссию включился известный историк и преподаватель Иван Курилла, справедливо увидевший в инициативе РАН политическую подоплеку:

«Неожиданно эмоциональная дискуссия о школах выявила расхождения, о которых я догадывался и раньше, но никогда так четко их не видел.

Желание иметь отдельные школы (для интеллигенции) созвучно желанию отгородиться от «народа» и страху перед демократией. Не удивлюсь теперь, если окажется, что реформаторы 1990-х, между демократией и реформами выбравшие реформы (и проигравшие и то и другое в следующем десятилетии) учились в этих интеллигентских школах.

Там же, наверное, учились публицисты, которые учат нас, что свободные выборы приведут к власти фашистов. И идеологи хорошей интеллигентской политической партии, которая не борется за власть, потому что сохраняет свои идеалы в узком, увы, кругу единомышленников. И те, кто требует от любого оппозиционного политика публичного заявления по всем вопросам, раскалывающим общество (с предсказуемым результатом остаться популярным лишь внутри узкого круга согласных по каждому пункту), вместо того, чтобы попытаться построить широкую коалицию, объединившись по тем вопросам, которые сближают людей поперек политического спектра.

Эти же люди атакуют, например, Навального (его есть за что критиковать, конечно), — в таких выражениях, как будто выбирают себе нового царя (а на этот пост, Навальный, конечно, не подходит). Я все время удивлялся такой критике (по мне так Навальный выстраивает как раз нужную стране широкую коалицию, и в этом его надо поддержать, — а будет ли он президентом на другой день после победы этой коалиции — надо будет решать отдельно, и оно менее важно), но вот, кажется, вижу, объяснение: часть близких мне по (многим) взглядам, по габитусу, наконец, людей, — совершенно не умеют думать как демократы. И, конечно, в системе мышления, где нет верховенства демократического правления, Навальный — претендент в «путины завтра».

Возвращаясь к школам: в споре пересеклись несколько разных линий. Конечно, сегодняшнее состояние образование очень тяжелое, — бюрократия и недофинансирование, несвобода и административный гнет ухудшают дело во всех школах (но в каких-то сильные директора или сила традиций помогают уменьшить плохое влияние этих факторов); — но спор не о том, что это положение надо менять (надо!). Конечно, и всю систему школьного образования можно попробовать изменить, — дать свободу учителям и детям, возможность выбора предметов (или степени их углубленности), может быть, отделить старшую школу от средней и начальной, — все это надо, хоть и кажется утопией (или об этом надо спорить, — но сейчас спор не об этом). Конечно, есть школы для одаренных детей, вроде физмат интерната при МГУ, куда собирали победителей олимпиад со всей страны, — и хорошо, что они есть, и надо их поддерживать (но спор не о таких школах, — их не может быть много, м.б. десяток-другой на всю страну, и не они вызывают возмущение). Спор же идет о возможности отбирать детей в школы (на ранней стадии, в начальной и средней школе) на основании… (да на любом, фактически, основании), и тем создавая два потока школ — сильных и «отстойных». Защищают «сильные школы», — пусть они будут сильными, не отбирая себе детей. Может, тогда и напор мотивированных родителей будет направлен не на устройство своего ребенка в эту сильную школу, а на улучшение состояния школы по соседству.

И вот тогда, может быть, интеллектуальная «элита» перестанет бояться «народа», и демократия в стране получит шанс…»

А главное, по мнению многих экспертов, что с точки зрения развития научной мысли в стране, такой шаг совершенно бессмысленный. В России сегодня уже существуют школы при ведущих университетах, в которых давно выработаны свои традиции и система отбора, в которых уже преподают университетские преподаватели университетскую же программу. И совершенно непонятно, для чего создавать еще и параллельную систему при РАН.

Тем более, специалисты по поведенческой генетике утверждают: для того, чтобы у детей проявились выдающиеся способности, заложенные в генах, необходимо создавать и поддерживать среду для развития одинаковой для всех. И с этой точки зрения получается, что так называемые элитные школы в раннем возрасте просто вредны. Их наличие приведет к формированию не интеллектуальной элиты, а к формированию некоей замкнутой группы избранных…

Источник: newizv.ru

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий

Чтобы иметь возможность оставлять комментарии, вы должны войти.