«Оптимизация» стариков идет по сценарию «психов»

Государство загоняет стариков-инвалидов в психоневрологические интернаты, оставляя их практически без врачебной помощи, ухода и социальной защиты

«Новые Известия» уже рассказывали о планах государства создать по всей стране цепочку крупных психоневрологических интернатов, к условиям в которых привыкнуть пациентам будет невозможно.

Ирина Зиганшина

Не так давно общественный деятель Нюта Федермессер побывала в нескольких из таких заведений и осталась в ужасе. Однако, остановить государственную машину очень непросто, а в России даже пытаться сделать это практически бесполезно. И тем не менее , активисты стоически не оставляют попыток.

Известный киновед, кинорежиссер и общественный деятель, автор выдающегося фильма «Антон здесь рядом», в котором повествуется о судьбе человека с ограниченными способностями Любовь Аркус как раз создала одну из моделей альтернативной поддержки взрослых ментальных инвалидов. Главные принципы работы этой модели — поддерживаемое проживание, труд, творческая занятость и квалифицированная социальная помощь. Казалось бы, хотя бы часть тех гигантских средств (50 млрд. руб), которые государство уже тратит на создание концлагерей для стариков, можно было бы направить на поддержку этой модели, на тиражирование ее по разным городам страны. Но нет. Все как всегда.

Вот что написала Любовь Аркус в ФБ по поводу очередной государственной инициативы, теперь уже на уровне ее родного города – Санкт-Петербурга:

«Редко прошу репост, но теперь прошу. Эта информация должна распространиться. Догадка принадлежит умнейшей Кате Шульман, а сегодня, с помощью соратника-журналиста Галина Артеменко я нашла ей железобетонное подтверждение. Мы с коллегами из НКО с «ментальным» профилем, конечно же, были потрясены информацией о 50 млрд, которые заместо реформы ПНИ выделяются на строительство новых интернатов — для тех, кто не в курсе, краткое содержание предыдущих серий. Нынешняя система ПНИ, в каком она существует ныне, упразднена и реформирована во всех цивилизованных странах. Это «конвейер смерти», как я назвала ее в предыдущих постах. Это ГУЛАГ, как назвала ее Нюта Федермессер. Разумеется, и Вера Шенгелия, и Елена Альшанская и Екатерина Мень, и Zoya Popova и Фонд «Выход» и Naked Heart Foundation / Фонд «Обнаженные cердца», Центр «Антон тут рядом» — все в панике, потому что эта чудовищная новость свела на нет все наши надежды на реформу. Все наши усилия добиться от государства помощи на создание альтернативы. Но вот если кто думает, что это событие касается исключительно наших «психов», тот глубоко ошибается. Прежде всего она касается стариков. И если у кого-то есть иллюзия, что ментальные проблемы (рождение детей с аутизмом и другими проблемами, а также врожденными синдромами, а также альцгеймер и деменция) обойдут стороной их и их близких, то старость (за минусом тех, кто умрет молодым) — не обойдет решительно никого. Все задуманное — по всей видимости, продолжение пенсионной реформы. Оптимизация стариков. То есть. Кто может работать, пусть работает. Кто не может — велкам в ПНИ. Очень удобно. Минимум расходов, никакой медицины, ухода, социальной защиты. Всех собрать в одни коллекторы. Старики — дело дорогостоящее. Мы не потянем. А если учесть, что ныне не только социально приемлемо, но и социально одобряемо отдавать не только одиноких тетушек и овдовевших дедушек, но и беспомощных родителей в «специальные заведения», то вот же они!

P.S.

Я вижу, что для людей, живущих на одну зарплату, без возможности заработать дополнительно, государство не оставит выбора. Моя мама болела много лет, из них последние 10 лет была абсолютно беспомощна. Все или почти, что мне удавалось заработать, уходило на сиделок, врачей и лекарства. Но я понимаю свое преимущество: я могла взять много всякой дополнительной гонорарной работы. Есть такие профессии, которые этого не предполагают. И я не вижу человеческого решения этой проблемы. Кроме того, что люди, которые на это пойдут, сами (неизбежно!) станут инвалидами — я не могу представить, как людям с этим жить потом. Эта политика — тотальная инвалидизация общества. Но ведь и в теме с детьми-инвалидами то же самое. Я записала больше ста интервью с родителями, когда готовилась к открытию Фонда. Каждый второй (вторая) пересказывали одними и теми же словами «напутствие» врачей и ПМПК: «отдайте государству, сами не справитесь»…

В подтверждение — фрагмент реально людоедского документа «О Плане мероприятий («дорожной карте») по созданию системы комплексной медико-социальной помощи гражданам пожилого возраста в Санкт-Петербурге на 2019-2021 годы ПРАВИТЕЛЬСТВО САНКТ-ПЕТЕРБУРГА РАСПОРЯЖЕНИЕ от 28 августа 2018 года N 38-рп

Фрагмент: 3.8. Создание дополнительных мест для предоставления социальных услуг в стационарной форме, создание комфортных условий проживания: за счет строительства двух новых психоневрологических интернатов (на 400 мест), строительства дополнительных корпусов функционирующих двух домов-интернатов ветеранов войны и труда (на 140 мест), реконструкции корпуса функционирующего психоневрологического интерната (50 мест), проведение работ по капитальному ремонту зданий четырех стационарных учреждений общего типа и зданий трех психоневрологических интернатов. Содействие реализации инвестиционных проектов».

Не согласиться с Аркус невозможно, это действительно, по свидетельствам очевидцев (той же Нюты Федермессер) чудовищные места. Но тут неизбежно возникает такой вопрос: а что предлагается в качестве альтернативы? Совсем не трудно себе представить, как дети, которым не по карману нанять хотя бы сиделку, выматываются, ухаживая за родителями, пораженными деменцией. А ведь это едва ли не лучшие их годы, которые проходят в ненормальных условиях.

Президент Центра проблем аутизма Екатерина Мень, комментируя пост Аркус, отметила важную тенденцию:

«Не забывай в этой цепочке и адский реванш системы образования, которая опять — после нескольких лет деклараций в пользу инклюзивного образования — разворачивается в сторону «полезности коррекционных школ» и начинает значительно более активно биться за поддержку сегрегационных школ (там тоже — именно на коррекционные школы — выделены очень большие деньги, сейчас цифру точно не помню, но, кажется, 3 миллиарда). То есть поставка в ПНИ тел начинается практически сразу из роддома. Все как бы раздельно — тут старики, тут «психи», тут ранняя реабилитация, тут специальное образование. Все поделено на островки, в которых происходит свой аккуратненький реванш, как бы едва заметный (для общественного, не специализированного, взгляда и вовсе не видный), но это все части одной системы. Целостность всего видят только остроглазые эксперты…»

И с этим тоже нельзя не согласится, особенно если вспомнить инициативу Российской Академии Наук собрать всех одаренных детей в отдельных кластерах, только по недоразумению названных академиками школами.

Но нельзя не учесть и другого важного мнения, которое высказала в дискуссии блогер Майя Дикарева:

«Любезная, а что вы предлагаете делать с больными людьми что находятся сейчас в ПНИ на иждивении государства?! Если бы они были кому-то нужны, они бы жили дома. А они никому не нужны, и родственников можно понять — жить с людьми с шизофренией под одной крышей очень и очень тяжело. Надо отказаться от своей жизни. Это намного хуже жить чем с наркоманом. Это все легко рассуждать. Непонятно только какую замену ПНИ вы предлагаете? Кто будет заботиться об этих людях? Или они должны идти на улицу? Напоминаю, что большинство недееспособны.

Не все ПНИ в России плохие, есть и неплохие интернаты, но много конечно и полного днища. Тут еще есть момент с персоналом. Кто идет работать в психоневрологический интернат на низовую работу типа санитарки? Низовой персонал, который реально и занимается обслуживанием больных почти везде грубый, и иногда кричит. Никакой работы с таким персоналом не проводится. Работать с психами и выгребать после них какашки, понятное дело идут не академики.

Отсюда и общий низкий уровень культуры и такое отношение к больным. У всех этих санитарок помимо неприятной работы, еще и тяжелая жизнь, маленькая зарплата и никаких перспектив в жизни. Отсюда конечно и безразличие и озлобленность. Также надо признать, что не все врачи разбираются в новых лекарствах, планах лечения, и грамотной поддерживающей терапии. Но у нас вообще и обычному человеку найти хорошего врача сложно. Так что все что я описываю это общая системная проблема всей российской медицины, а не только ПНИ…»

Дикарева по-своему права, однако это не отменяет сказанного выше: интернаты, рассчитанные на большое количество инвалидов, которые строит или собирается строить государство — мало чем отличаются от концлагерей.

Нет сомнений в том, что у государства просто нет никакой стратегии социальной помощи, какая существует, к примеру, в Америке, где помощь старикам сиделок оплачена социальной страховкой. Власти России должны не тратить деньги на «фабрики смерти», которые называются интернатами, а выработать четкий и долгосрочный план, на что именно и какие средства следует направлять наши с вами бюджетные деньги.

Пока же чиновники тратят их впустую, а инвалиды-старики фактически находятся на иждивении вовсе не у государства, а у нас с вами, а еще и у самих себя, поскольку их пенсии передаются в эти самые ПНИ.

Сегодня в Совете при Правительстве России по вопросам попечительства в социальной сфере (председатель — Татьяна Голикова) как раз и пройдет заседание, посвященное проблеме реформирования ПНИ. На нем будут присутствовать не только чиновники ведомств, от которых зависит ее решение, но и эксперты. Так что надежда на то, что ситуация хотя бы немного изменится еще существует.

Источник: newizv.ru

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий

Чтобы иметь возможность оставлять комментарии, вы должны войти.