Экономист Владимир Фролов опубликовал свой проект налоговой реформы

Справедливая налоговая система создаёт максимально благоприятные условия для эффективной конкуренции и развития экономики в целом. А главное — должны отсутствовать риски по деградации бизнеса в каких-либо регионах или отраслях.

Президент Ассоциации «Налоги России» опубликовал на страничке в ФБ свой вариант Налоговой реформы. Помимо того, что она крайне интересна по своему содержанию, это еще и очень увлекательное чтение, которое позволит разобраться в налоговых проблемах России любому неспециалисту:

Концепция

В 1992 году я занимался конструированием налоговой системы и выяснил, что эта одна из древнейших, как принято сейчас говорить — скреп экономики — практически не аксиоматизирована. Есть, конечно, кривая Лаффера — снижение налоговых ставок стимулирует рост экономики, который может компенсировать временное падение поступлений в бюджет. Излишний же рост ставок угнетает экономику и в последующем приводит к уменьшению собираемых налогов. Вот пожалуй и всё.

Итак, я начал с классификации. Все налоги разделил на фискальные (наполняют бюджет) и регулирующие (их цель не повышение доходов бюджета, а противодействие негативным явлениям — загрязнению окружающей среды, депопуляции, безработице и др.).

Для фискальных налогов ввёл понятие эффективности — расходы на администрирование (на сбор налогов) должны быть на порядок меньше (т.е. в десятки раз) поступлений денег в бюджет. Кстати, из этого утверждения следует, что количество фискальных налогов должно быть достаточно малым (как показали наши расчёты — около десяти). Такой подход позволяет увеличить эффективность налоговой системы за счёт снижения расходов на администрирование.

Налоговая система должна быть построена рационально. Не опираться на социальную справедливость – для этого есть бюджет. Если экономика сильна, то бюджет обогреет всех немощных и слабых. А у налоговой системы задача другая – сильная и эффективная экономика.

Отказ от прогрессии по подоходному налогу – это моё предложение. Именно я в 1997-98 годах при обсуждении Налогового кодекса в Думе активно лоббировал отказ от прогрессии. Собирать прогрессию дорого и неэффективно, а значит это классический пример фискально неэффективного налога.

Богатые прогрессию платить не будут. У них есть масса механизмов ухода – дивиденды, оффшоры, путешествия по миру под видом учёбы, семинаров, конференций и многое другое. Поэтому надо вводить налог на чрезмерно высокий уровень потребления. Если же бизнесмен заработал много денег и вложил их в создание рабочих мест, модернизацию экономики, то честь ему и хвала, а не драконовские налоги.

Далее я исследовал стимулирующий характер налоговой системы. И не только на основе классического подхода, связанного со снижением налогового давления.

В экономике расходы делят на условно-постоянные (не зависят от объёмов производства) и условно-переменные (пропорциональны объёму производства). Термин условно означает, что сформулированное утверждение справедливо лишь в некотором интервале.

Скажем, условно-постоянные расходы — это освещение и отопление производственных помещений. Если возможен некоторый рост объёмов, не требующий увеличения площадей, то не растут упомянутые здесь расходы. В этом случае снижается себестоимость продукции, а значит бизнес становится более прибыльным.

По аналогии ввёл соответствующие определения и описал стимулирующие механизмы налоговой системы. Для этого разделил налоги на условно-постоянные (не зависят от результатов деятельности) и условно-переменные (пропорциональны экономическим результатам). Скажем, налог на имущество относится к условно-постоянным — он не привязан к рыночной результативности бизнеса. НДС же классический условно-переменный.

Предложил поднять долю условно-постоянных налогов и снизить уровень условно-переменных. Это подталкивает бизнес к росту эффективности, так как снижает удельную налоговую нагрузку при росте продаж. В этом я вижу стимулирующий характер налоговой системы. Конечно, у роста ставок условно-постоянных налогов есть пределы. О них я скажу позже.

Таким образом, классификация налогов дополнена условно-постоянными и условно-переменными налогами.

Стимулирующим механизмом является и снижение уровня налогообложения. Но делать это надо постепенно и методично. Скажем, ежегодно снижать на два — три процента. В этом случае успеют включиться механизмы роста деловой активности, что не приведёт к падению поступлений в бюджет.

Ещё одно из требований к налоговой системе — надо стремиться к тому чтобы доля изымаемого дохода в виде налогов была одинакова для всех участников рынка.

Металлургия ли это, пищевая промышленность или сфера услуг, крупное или малое предприятие, находится оно в Москве, Калининграде или в Новосибирске.

Задача эта чрезвычайно трудная. Могу по своему опыту утверждать, что всякие прикидки на пальцах или бумажке делу не помогут. Лишь проведение достаточно сложных расчётов на базе анализа большого числа реальных плательщиков позволяет построить сбалансированную и эффективную по ставкам налоговую систему. Причём используемые математические модели относятся к трудно формализуемым и их построение требует высокой научной квалификации.

Отказ от налога на прибыль

Читайте Новые Известия в официальной группеСледите за самыми важными новостями региона в ленте друзейFacebookВКонтактеTwitterОдноклассники

Думаю, сейчас необходимо упомянуть и другую мою старую идею – отказ от налога на прибыль. Дело в том, что понятие прибыли достаточно расплывчатое. Амортизация оборудования относится на издержки за год или за десять лет, расходы на рекламу в полном объёме или частично? Список можно бесконечно продолжать. Всё это приводит к сложным методикам, дорогому государственному и корпоративному администрированию и обременительным проверкам налоговыми органами. Спорами о налоге на прибыль завалены арбитражные суды.

А главное – во всех уставах фирм пишут, что цель бизнеса – это прибыль. Именно она наращивает капитализацию бизнеса. А если это налогооблагаемая база, то бизнес все силы бросает на занижение прибыли. Фактически это уменьшает капитализацию российской экономики, а значит, делает Россию и всех нас намного беднее. Не будет налога на прибыль – появятся денежные средства на модернизацию нашей экономики, а не будут криминальным образом уводиться в оффшоры.

НДС

Читайте Новые Известия в официальной группеСледите за самыми важными новостями региона в ленте друзейFacebookВКонтактеTwitterОдноклассники

Девяностые годы. Великобритания. Беседую с Эндрю Дилнотом — директором Института изучения налогов. (Andrew Dilnot CBE is a British economist and broadcaster. He was formerly the Director of the Institute for Fiscal Studies from 1991 to 2002).

Эндрю говорил о регулирующей роли НДС. Для Великобритании ставка 15-17% — это тот уровень, при котором экономика стабильна. Ниже 15% — жмём на газ. И чем ниже НДС тем сильнее ускорение. Если же превысили 17% — жмём на тормоз. Экономика замедляет своё движение. При чрезмерно высоком уровне НДС экономика разрушается. Мы в России пока не очень понимаем зачем нам нужен этот тормоз. Быстро ещё не ездили. Но рыночная экономика так устроена, что временами самой главной её бедой становится именно перепроизводство. Вспомним Великую депрессию 1929 — 1933 годов. Производство товаров и услуг превысило платежеспособный спрос, цены упали ниже себестоимости, массовые разорения, рост безработицы и все вытекающие из этого негативные последствия.

Сейчас, конечно, экономисты научились снижать остроту кризиса перепроизводства (путём искусственного наращивания платежеспособного спроса). Но по существу эта проблема может быть эффективно решена путём торможения экономики. Повышение ставки НДС — прекрасное лекарство от этой болезни.

Я отрицательно отношусь к налоговой реформе 1992 года. Считаю, что просчёт со ставкой НДС причинил много бед российской экономике. Сегодня уже не столь важно было ли это сделано злонамеренно или по недомыслию. Потери тех лет ощущаются и поныне. Напомню, Гайдар в 1991 году предлагал Верховному совету РФ ввести ставку НДС 32%. Безумие. Других слов нет.

В то время я активно сотрудничал с Верховным Советом РФ и писал в своих заключениях о губительности такого решения. Предлагал ставку 18-20%. Давление со стороны Правительства было столь яростным, что удалось сторговаться лишь на 28%. К сожалению, о разрушительном уровне НДС мы сейчас знаем не понаслышке, а всё это испытали на собственной шкуре.

Стимулирующая роль НДС выражается в том, что для социально значимых товаров и секторов экономики обычно делают пониженную ставку НДС. Под льготу подпадают малый бизнес, сельское хозяйство, медицина, детские товары и др.

Я не буду погружаться в технические детали льготирования. Пересказывать известные факты. Остановлюсь более подробно на стимулировании экспорта.

Исходя из теоретических воззрений, экспортная льгота по НДС направлена на стимулирование производства высокотехнологичных товаров с большой долей добавленной стоимости. При продаже за рубеж таких товаров и услуг НДС возмещается.

Это стимулирует экспорт, увеличивает объёмы производства, повышает экономическую эффективность ориентирующихся на экспорт отраслей экономики, выводит государство на лидирующие позиции в научно техническом прогрессе.

Это правило работает везде, но не в России. У нас возврат НДС действует с точностью до наоборот. Разваливает экономику, приводит к деградации промышленности, делает из России сырьевой придаток.

Проблема заключается в том, что если фирма продаёт за рубеж сырьё или продукцию низкой степени переработки, то она получает возмещение НДС. Если же продукция поставляется на внутренний рынок, то НДС не возвращается. И чему здесь удивляться, что российское сырьё зачастую стоит в России дороже, чем в Европе?

Рассмотрим гипотетический пример. Предположим, что фирма решила не продавать сырую нефть, а делать из неё товары нефтехимии и поставлять их на российский рынок. Для этого нужны значительные инвестиции. Но в условиях России это реальные риски рейдерства, силового крышевания, административного давления, многолетних хождений по мукам за бесконечными разрешительными документами… Энтузиастов находится мало.

Но давайте даже не будем брать во внимание противоправные действия и бюрократические препоны, а поговорим только об экономической эффективности этого гипотетического примера. Зададимся вопросом, а возможно ли так организовать производство, чтобы при работе на местном рынке компенсировать недополученные 18% выручки от возмещения НДС? Полагаю сделать это крайне сложно. Почти невозможно. Именно поэтому из России в Финляндию везут сырую нефть, лес, а обратно — бензин, мебель. И не только в Финляндию.

Так за счёт дурацкой российской налоговой политики Финляндия в одночасье стала нефтяной державой, а трейдер Геннадий Тимченко — её гражданином. Конечно же, нам надо кардинально менять политику при возмещении НДС. Возвращать лишь при экспорте продукции высокой степени переработки. В этом случае наши сырьевые олигархи притормозят своё восхождение в рейтингах списка Форбс. Но Россия от этого только выиграет.

Остановлюсь на криминале. Много раздаётся голосов за отмену НДС по причине его воровства по схемам лжеэкспорта. В этой связи мне вспоминается разговор с тем же Эндрю Дилнотом. Я сказал ему, что в Великобритании легче собирать налоги, так как там более законопослушные граждане. Он возразил, что никто в мире не любит платить налоги. И англичане в том числе. Рецепт законопослушности прост — за малейшие преступления в налоговой и бюджетной сферах посадки на длительные сроки с конфискацией имущества. Садят всех без исключения. А сильных мира сего — в первую очередь. Чтобы другим было неповадно.

В России этому правилу не следуют. Пресса много пишет о лжеэкспорте, проводит журналистские расследования, называет конкретные фамилии расхитителей НДС, размещает фотографии их роскошных заграничных дворцов, где ныне проживают эти бывшие налоговые деятели. Но Следственный комитет России в отношении таких фигурантов безмолвствует. Александр Бастрыкин не бьёт во все колокола, а гоняет по судам и допросам лишь Навального.

Суровость наказания за такого рода преступления приводит к ещё одному важному результату. Если прекратить красть из бюджета, а уплату налогов сделать тотальной, исключив всякого рода уходы через фирмы однодневки, манипулирование ценами, оффшоры и другие схемы, то уровень налогообложения можно снизить кратно. В этом случае малый бизнес и людей со средними доходами можно вывести из-под большинства налогов. Тем более, что по заявлению вице-премьера Правительства РФ Ольги Голодец в России 38 млн. человек и так уже перестали платить налоги.

Кстати, не раздавать нефтяные деньги народу, а стимулировать активных граждан страны через понижение налогов — это более эффективное для государства макроэкономическое решение.

Говорят, что нельзя избежать смерти и налогов. К НДС это относится в полной мере. Уклонение от НДС — проблема несоизмеримо более сложная, чем занижение выплат по любому другому налогу. Все схемы уклонения от НДС носят криминальный характер. При ужесточении наказания можно практически свести на нет все эти злоупотребления.

У НДС очень большая база налогообложения. Очевидным образом, больше чем у прибыли. По этой причине НДС может быть основным налогом, наполняющим бюджет.

Особенно если учесть моё предложение об отказе возмещения при продаже за рубеж сырья и продукции низкой степени переработки. Ну и естественно, при жёсткой борьбе с лжеэкспортом.

НДС достаточно справедлив. На каждом этапе производственного цикла под налогообложение подпадает только вновь созданная стоимость. За счёт выведения из-под налогообложения прошлого труда (материальных затрат) не возникает излишнего налогового давления на материалоёмкие производства так, как например, это происходит при налоге с продаж.

В своё время Карл Гаусс сказал, что незнание математики нигде не проявляется так сильно, как в избыточной точности вычислений. Если следовать этому правилу и не загромождать исчисление налогооблагаемой базы НДС всякими ненужными мелочами, то налог можно сделать достаточно простым. Это дополнительный аргумент за повышение экономической эффективности налоговой системы — низкие расходы на администрирование как в государственном управлении, так и в бизнесе.

Как у всякого налога у НДС есть свои недостатки, но они с лихвой компенсируются его достоинствами. Поэтому я считаю абсолютно не актуальной дискуссию по отмене НДС и замене его какими-либо другими налогами. НДС должен стать столпом российского бюджета.

Налог с продаж

Читайте Новые Известия в официальной группеСледите за самыми важными новостями региона в ленте друзейFacebookВКонтактеTwitterОдноклассники

Сейчас много говорят о налоге с продаж (НСП), предлагая заменить им НДС. Попробуем разобраться в этом вопросе.

Бытует мнение, что НСП — это простой налог. На самом же деле он сложен и когда он был в России, то по нему возникало большое количество судебных споров. Я не ставлю здесь цель глубоко погрузиться в эту тематику, отмечу лишь те коллизии, вокруг которых больше всего ломалось копий.

НСП — налог региональный. Одни территории могут вводить его, другие нет, а если и вводят, то с разными ставками. Географическая чересполосица порождает много трудностей в регулировании сбора налога. Равно как возникает много проблем с декларированием и ответственностью за неуплату этого налога, так как устанавливаемые на местном уровне нормы регулирования зачастую существенно отличаются для разных регионов.

Много неопределённостей возникает при удалённых покупках через Интернет (на какой территории надо платить налог, а на какой нет?). Как ни странно, но возникают определённые сложности в юридически корректном определении факта продажи (отправленные покупателем деньги, поступившие на счёт продавца или физическая передача товара?).

Всё становится ещё запутаннее, когда продаются не товары, а услуги (передача результатов выполненных работ или право собственности на работу или услугу?). Дополнительные юридические трудности возникают и при отношениях на рынке физических, юридических лиц и индивидуальных предпринимателей (кто из них является плательщиком налога, а кто нет?). Одним словом, то, что налог с продаж простой налог — это миф. Поэтому в те времена, когда на территории России действовал НСП, юристы в один голос заявляли о том, что его легче отменить, чем довести до корректных формулировок.

Замена НДС налогом с продаж кроме всего прочего ломает всю сложившуюся систему межбюджетных отношений. НСП — поступает в региональный бюджет, а НДС в федеральный, значит замена одного налога на другой потребует беспрецедентной перекройки бюджетов всех уровней, особенно учитывая фискальную мощь НДС. Думаю, это из области фантастики. Никто на это не пойдёт. И правильно сделает. Выгоды от замены НДС на налог с продаж крайне сомнительны, а проблемы более чем очевидны.

Кроме того, НСП административно дорог, а значит его фискальная эффективность может быть поставлена под сомнение.

Налог на роскошь

Читайте Новые Известия в официальной группеСледите за самыми важными новостями региона в ленте друзейFacebookВКонтактеTwitterОдноклассники

Этот налог имеет не столько фискальный, сколько регулирующий характер, стимулируя вложение денежных средств в развитие экономики.

Этот налог не на тех, кто много зарабатывает. Вы можете иметь миллиарды на счетах и не платить ни копейки налога. В этом случае ваши деньги работают на процветание России, да к тому же с этих денег уже заплачены все налоги, поэтому и не должна идти речь ни о каком дополнительным налогообложении. Ещё лучше, если вы владеете успешным бизнесом и постоянно вкладываете денежные средства в его развитие. Это не роскошь, а рабочие места и налоги. А вот в личном потреблении можно быть и поскромнее.

Посмотрите на каких автомобилях ездит более богатая Европа и в каких домах она живёт.

И ничего — счастливы.

К налогу на высокий уровень потребления можно присовокупить декларацию о расходах — пусть много потребляющий гражданин отчитается перед государством где он взял деньги на эти дорогие покупки.

Налог на высокий уровень потребления (роскошь) намного проще для формализации, чем налог с продаж. Ставку этого налога и налогооблагаемую базу надо делать единой для всей России. И вряд ли следует давать дополнительные преференции столичным жителям, повышая необлагаемый уровень на цену машин или недвижимость. Такая дифференциация не только не снизит социальную напряжённость, а напротив обострит её.

Итак, что подпадает под налог на роскошь? Автомобили. Скажем, как предлагает Навальный, можно вывести из-под налогообложения автомобили до полутора — двух миллионов рублей.

Плюс дорогое жильё. Конечно, этот вопрос несколько сложнее. Начиная с необлагаемого минимума, оценки стоимости недвижимости и заканчивая количеством проживающих там людей. Сто метров на человека может быть и роскошь, а вот двое в стометровой квартире — к роскоши уж явно никакого отношения не имеют. А в бараке и двести метров не роскошь. Кроме того, отдельно надо рассматривать и смерть члена семьи. Вряд ли налогом на роскошь следует добивать пожилого человека после смерти супруга. Одним словом, определение необлагаемого уровня требует своей чёткой формализации.

Уместно здесь добавить, что введение налога на дорогую недвижимость обязательно приведёт к падению цен на неё. А то в Москве и Подмосковье цены кратно выше чем в Европе или США. А на промышленной окраине Екатеринбурга под заводскими трубами недвижимость стоит намного дороже чем на морском побережье в Болгарии, Греции или Испании.

Очень часто предлагают облагать дополнительными налогами дорогие ювелирные изделия. Но это приведёт лишь к одному — обеспеченные люди начнут делать такие покупки за рубежом. Тем самым мы лишь разорим отечественного производителя. Категорически не согласен с предложением Минфина, что надо облагать автомобили дороже 5 млн. рублей, а жилую недвижимость дороже 300 млн. рублей. В этом случае никакого регулирования, никаких денег в бюджет. Плюс непомерно дорогое администрирование. Если уж вводить налог, то он должен иметь и фискальную составляющую. Скажем, на автомобили дороже полутора — двух миллионов и недвижимость начиная с 30 — 50 млн. рублей. А также на дорогие яхты и самолёты. В этом случае налог будет исполнять и регулирующую, и фискальную функцию.

Думаю этот налог может перенаправить инвестиции в бизнес-сектор из сферы избыточного личного потребления.

Выбор оптимальной налоговой системы

Читайте Новые Известия в официальной группеСледите за самыми важными новостями региона в ленте друзейFacebookВКонтактеTwitterОдноклассники

Декабрь 2002 года. США. Глава ведомства по совершенствованию налоговой системы стремительно идёт навстречу и сходу задаёт вопрос: «Как вам удалось оценить, что отмена прогрессии увеличит сбор подоходного налога в два раза?» Говорю, что таких оценок не делали. Он: «А почему предложили отменить?» Отвечаю, что администрирование прогрессии было дороже, чем собираемый по ней налог, а для бюджета это одни лишь убытки.

Очень сложно оценить как отзовётся изменение налоговой системы на деловой активности и на собираемости налогов. Много слышал в академических кругах, что эта задача тривиальна. Но когда начинался серьёзный разговор об адекватном учёте обратных связей, то лишь эмоциональные фразы в ответ. Действительно не так уж сложно нарисовать красивые математические модели, а вот наполнить их корректной информацией — большой вопрос.

Думаю, крайне сомнительно опираться на опыт других стран или на собственный исторический экскурс. Разные условия, не совпадающий набор налогов, несопоставимые экономические условия (тучные годы, кризисные времена, разные цены на энергоносители, уважение к власти, а значит доминирующие настроения на добросовестное исполнение налоговой повинности или активное пренебрежение обязанностью платить налоги и т.д.). Полагаю, такие исследования проводить надо, но не фетишизировать результаты вычислений.

Перейду к информационному обеспечению модели оптимизации налоговой системы. В девяностые годы мы не имели возможности на законных основаниях получить необходимую информацию для расчётов, поэтому уговорили специалистов из уральских районной и областной налоговых инспекций дать нам базы налогоплательщиков, обрезав информацию о названии фирм и данные о руководителях. Также по личным связям договорился о налоговой отчётности с десятком крупных налогоплательщиков из других регионов. На основе этой информации и подбирали ставки. При обсуждении в Думе Налогового кодекса мы охотно говорили, что выбирали ставки налогообложения на основе расчётов по отдельным плательщикам. Делали вид, что речь идёт о всей России, а не об информации по паре налоговых инспекций и десятке предприятий.

Долгое время не мог понять почему Минфин не выводит нас на чистую воду. Не начинает с пристрастием допрашивать а что это за налогоплательщики, откуда взяли информацию, кто дал, на каком основании, насколько репрезентативна выборка?

Вскоре понял, что при написании ими проекта Налогового кодекса они и таких расчётов не делали. Наверное, как всегда все на одной страничке и всё на уровне ВВП. Поэтому они как огня боялись встречных вопросов.

Интересно, а когда же в России исследователю будет доступна информация по указанной им выборке? Конечно, с обрезанными названиями фирм и их руководителей. Пусть с подпиской о неразглашении. К сожалению, в наше информационное время такого рода вопросы в России до сих пор решаются сложно и затрудняют применение формализованных подходов к построению эффективной налоговой системы.

Переходим к собственно математическому моделированию выбора оптимальной налоговой системы. Рассмотрим как строится оптимальная налоговая система? Какие есть ограничения на выбираемую систему налогов? По каким критериям оцениваем выбор?

Материал сложный. Но я приложил максимум усилий, чтобы изложить понятно. Думаю, довёл до популярного уровня.

О необходимой информации для выбора оптимальной налоговой системы я уже писал ранее. Сейчас о рассматриваемых налогооблагаемых базах. Это определяется целями и задачами проводимого исследования. Если, скажем, надо лишь скорректировать действующую налоговую систему, не внося существенных изменений в неё, то анализируются только действующие базы и подбираются для них оптимальные ставки. Если же допускается существенная трансформация налоговой системы, то перечень баз должен быть достаточно широким. Желательно чтобы он покрывал все значимые налоговые базы. Кроме того, некоторые из них могут иметь несколько редакций. Скажем, при экспорте сырья с возмещением и без возмещения НДС.

Этот этап работы по описанию налогооблагаемых баз требует привлечения весьма разносторонней команды. Наиболее знающие и умные налоговые работники, налоговые адвокаты, консультанты, аудиторы, специалисты по эконометрике и математическому моделированию. На первый взгляд кажется, что такую команду собрать сложно. Но это не так. Мне уже сейчас поступают предложения со стороны квалифицированных специалистов, желающих принять участие в такого рода исследованиях. Они как никто другой понимают насколько эта работа интересна и увлекательна. В наше время есть не так много возможностей заняться действительно масштабным и значимым проектом.

Поэтому желание нарастить свою квалификацию и стать первоклассным специалистом является мощным стимулом к участию в такой работе.

Надо всегда иметь гарантии того, что предлагаемая налоговая система действительно наполнит бюджет и не угробит бизнес. Для этих целей вариант налоговой системы должен быть выверен на реальной отчётности прошлых периодов.

Понятно, что эта выборка, на которой проверяется адекватность налоговой системы реальным условиям ведения бизнеса, не может быть сколь угодно большой. Её размер определяется возможностями используемой вычислительной техники, привлекаемым математическим инструментарием, обозримостью анализа результатов вычислений, доступностью необходимых данных.

Перечень анализируемых налогоплательщиков должен позволить оценить территориальные особенности, степень налогового давления на бизнес разных размеров и разной отраслевой принадлежности.

Дать строгую математическую оценку корректности выборки очень сложно. Да и получить отчётную информацию о реальных налогоплательщиках тоже задача не из лёгких. Когда в девяностые годы мы проводили такого рода расчёты, то опирались на анализ уральского бизнеса. Другой информации у нас не было. Но по утверждению сотрудников Минфина при наложении предложенной нами налоговой системы на значительно большее количество российских налогоплательщиков оказалось, что точность наших оценок чрезвычайно высока. Из этого следует, что уральский бизнес в то время достаточно хорошо отображал ситуацию по России в целом. Полагаю, что и сейчас это утверждение является относительно верным.

Но более корректные вычисления, конечно, требуют широкого географического и отраслевого охвата. Если ограничиться только уральской выборкой, то как в ней учесть географический принцип? И можно ли по такой выборке сделать выводы по отраслям, не представленным на Урале?

Для анализа необходимого размера и состава выборки должны проводиться специальные исследования. Но я думаю, что в этом вопросе всё же придётся исходить из реальных возможностей получения информации и опираться на практический опыт проведения такого рода исследований.

Сразу оговорюсь, что в модели будут рассматриваться фискально значимые налоги. Регулирующие налоги не анализируются. Поясню — основная задача регулирующих налогов не наполнить бюджет, а предотвратить негативные сценарии развития таких процессов как деградация природы, убыль народонаселения (скажем, существовавший в СССР налог на холостяков) и др. По регулирующим налогам могут быть большие административные расходы, но малые поступления в бюджет. И это нормально. Их роль другая, не фискальная. Хотя в общем балансе поступающих в бюджет средств их надо учитывать.

Исходные данные — это выборка реальных налогоплательщиков и перечень всех исследуемых налогооблагаемых баз. С действующими налогами всё ясно — в процессе проводимого вычислительного эксперимента мы варьируем ставки и видим по каждому плательщику налога и для всех в целом поступление денежных средств в бюджет. Что касается неиспользовавшихся ранее налогов, то на основании известной информации о налогоплательщиках строится алгоритм, позволяющий рассчитать по ним платежи в бюджет. Как показывает наш опыт, практически всегда достаточно информации для такой алгоритмизации. В крайнем случае, можно опереться на статистические данные. Скажем, при налоге на роскошь можно для машин высокой стоимости сделать статистически значимые локальные выборки для нескольких территорий.

Остановлюсь на ограничениях и критериях математической модели. Было введено понятие оптимальности для налоговой системы — равное налоговое давление. Другими словами, оптимальным считается решение, которое обеспечивает максимальное приближение к равной доле изымаемого дохода в виде налогов, независимо от географического расположения, размеров бизнеса и отраслевой принадлежности.

Справедливая налоговая система создаёт максимально благоприятные условия для эффективной конкуренции и развития экономики в целом.

А главное — должны отсутствовать риски по деградации бизнеса в каких-либо регионах или отраслях. Скажем, столь любимый многими налог с продаж при тотальном его применении крайне агрессивно выкашивает фирмы пусть и с большой прибылью, но низкой рентабельностью. Например, оптовую торговлю. Поэтому если в США и есть такой налог, то он региональный и , как правило, используется выборочно.

Приведу другой пример. Я уже писал о стимулирующей роли условно постоянных налогов, предлагая увеличить их долю. Когда в девяностые годы мы ещё не проводили детальных расчётов по отраслям, то я полагал, что можно поднять налог на имущество до 6 — 8%. Но когда такие расчёты провели на реальных данных по налогоплательщикам, то выяснилось, что при 6 — 8% налога на имущество совокупные налоги становятся недопустимо высокими в ряде отраслей экономики. Например, в металлургии. Расчёты показали, что предельно допустимая ставка — это 3%. Такого рода анализ может быть проведён в рамках задачи параметрического программирования, где ставка налога варьируется в заданном интервале.

Как ранее я уже писал, для фискальных налогов должно быть установлено соотношение между расходами на сбор налога и поступлениями в бюджет. В девяностые годы, когда мы проводили такие расчёты, брали как минимум десятикратную разницу. Это вымывает неэффективные налоги и тем самым ограничивает их общее число (не может быть сто эффективных налогов, а лишь порядка десяти). Именно по причине неэффективности мы тогда и исключили прогрессию на подоходный налог. При больших расходах на администрирование — поступления в бюджет от прогрессии были мизерными.

Плюс вводится ограничение, что совокупный сбор по всем налогам может ненамного отличаться от действующей налоговой системы. Дело в том, что при существенном снижении сбора налогов Минфин заблокирует ваше предложение. И правильно сделает. Если и снижать налоги, то делать это надо постепенно и методично. Скажем, ежегодно на два — три процента. В этом случае при уменьшении налогового давления успеют включиться механизмы роста деловой активности, что не приведёт к падению поступлений в бюджет.

Конечно, на стадии содержательного анализа экономической ситуации в стране могут вводиться дополнительные ограничения. Например, для тех отраслей или видов деятельности, по которым принимается решение о стимулировании их развития (скажем, сельское хозяйство, малый бизнес или отдельные регионы) вводится предельно допустимый уровень налогового давления, более низкий, чем по экономике в целом.

Непосредственно расчёты. Это достаточно специальный вопрос. От читателя требуется некоторая усидчивость. Я буду излагать просто, но постараюсь сделать это не в ущерб содержательной стороне дела. Не буду акцентировать внимание на алгоритмической стороне дела. Лишь замечу, что излагаемый ниже подход можно свести к задаче линейного программирования, что позволяет работать с большими размерностями — анализировать большие выборки как по налогоплательщикам так и по налогооблагаемым базам. Да простит меня просвещённая публика — не буду углубляться в технику моделирования. Не хотелось бы писать этот раздел для узкого круга профессионалов.

Итак, о вычислениях. Исходная выборка налогоплательщиков трижды разбивается разным образом на группы. Один раз по географическому принципу, второй — по отраслевому признаку, третий — по размеру бизнеса (скажем, по выручке). Решается задача с блочно-диагональной матрицей. Первый блок — все налогоплательщики делятся по географическому признаку. Считается первая задача. Подбирается та налоговая система, которая укладывается во все ранее описанные ограничения, но при этом обеспечивает наиболее равную налоговую нагрузку по всем регионам (минимум максимального относительного отклонения).

Во второй задаче определяется решение, которое тоже укладывается во все ранее сформулированные ограничения, но при этом обеспечивает достаточно равное налоговое давление на все отрасли экономики (минимум максимального относительного отклонения по всем отраслям).

В третьей задаче делается все то же самое, но только в зависимости от размеров бизнеса. Дополнительно можно описать возможность использования разных налоговых баз в зависимости от размеров бизнеса (скажем, упрощенная система налогообложения малого бизнеса).

И главный вопрос — как же из этих трёх разных решений выбрать оптимальное? Можно все эти три задачи свести к одной с единой матрицей и выбирать ту налоговую систему, которая обеспечивает глобальный минимум максимального относительного отклонения по всем трём перечисленных выше локальным критериям.

Можно формализовать иной принцип оптимизации. Например, все три локальных критерия ранжировать по значимости и решить задачу последовательной оптимизации. Могут быть и другие подходы, которые в совокупности позволят провести глубокий содержательный и математический анализ эффективных решений в сфере налоговой политики.

Резюме

На этом я завершаю описание подхода к реформированию налоговой системы, позволяющего выбирать оптимальную налоговую политику для национальной экономики. В условиях мирового кризиса — своевременно реагировать на быстро меняющуюся ситуацию. Не совершать ошибок при выборе налоговых новаций. Трудно ли реализовать такой подход? С научной точки зрения эта задача относительно несложная. Все проблемы носят только политический характер. Какие критерии будут заложены — обогащение олигархов или процветание России? Если богатых делать ещё более богатыми, то нынешняя власть и так без всякой математики поднаторела в этом. Если цель — сильная Россия, то нужен объективный научный подход к решению ключевых задач нашей экономики. А значит и принятие оптимальных решений на основе формализованных подходов.

Источник: newizv.ru

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий

Чтобы иметь возможность оставлять комментарии, вы должны войти.